28 февраля каждого года Индия отмечает Национальный день науки. Этот праздник посвящён одному из самых славных моментов в истории индийской науки — открытию эффекта комбинационного или рамановского рассеяния света. А началось всё в 1921 году, когда индийский физик Чандрасекхара Венката Раман возвращался на корабле из Англии и размышлял над тем, почему море синее.

Нобелевская премия по физике вручается с 1901 года. За всю историю лишь две женщины стали её лауреатами — Мария Склодовская-Кюри и Мария Гёпперт-Майер. Первая вместе с Пьером Кюри и Анри Беккерелем получила премию «в знак признания экстраординарных возможностей, которые были открыты в совместных исследованиях радиационного явления, обнаруженного профессором Анри Беккерелем». Вторая вместе с Хансом Йенсеном и Юджином Вигнером стала лауреатом «за открытия, касающиеся структуры оболочки ядра». Но сегодня речь пойдёт не о них, а о физике Лизе Мейтнер, которую Альберт Эйнштейн однажды назвал «нашей Марией Кюри».

Международная группа физиков экспериментально подтвердила, что при прохождении фотона через три щели вклад в получаемую в результате интерференционную картину дают и невозможные с точки зрения классической физики траектории. Это открытие подтвердило некорректность широко распространённого наивного понимания принципа квантовой суперпозиции, и, возможно, позволит усилить существующие схемы работы квантовых компьютеров.

Ещё Джордано Бруно считал, что вокруг звёзд должны существовать планеты. Но первая экзопланета была обнаружена только в октябре 1995 года. Именно тогда астрономы Мишель Майор и Дидье Келос заметили «покачивания» звезды 51 Пегаса. Планета, вызывающая эти покачивания, по массе близка к Юпитеру, но находится значительно ближе к своей звезде. В честь 20-летия со дня открытия 51 Пегаса b сотрудники НАСА составили список из 20 самых удивительных экзопланет.

Международная группа учёных экспериментально продемонстрировала квантовую систему, которая может сохранять свою когерентность, то есть свойство находиться одновременно в двух и более состояниях, сколь угодно долго даже при комнатных температурах. Это должно упростить создание квантовых компьютеров.

После открытия бозона Хиггса главной задачей работы Большого адронного коллайдера является поиск так называемой Новой физики. К сожалению, пока никаких существенных отклонений от Стандартной модели учёные не видят. В связи с этим несколько оптимистичнее выглядят перспективы экспериментов с нейтрино. И на то есть как минимум шесть серьёзных причин.

Одной из сложнейших задач в современной физике является расчёт энергетических уровней различных молекул. Это необходимо, например, для того, чтобы аккуратно предсказывать скорость и ход химических реакций. Если бы мы научились решать эту задачу с необходимой точностью за разумные сроки, то это бы перевернуло всю существующую химическую промышленность.